• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: Воспоминания (список заголовков)
18:26 

Вроде про Коломенское, а на самом деле нет

Хочется быть взрослой, адекватной женщиной, но мяу.
Предамся-ка я сегодня воспоминаниям, как и обещала.
Некоторые места имеют для меня большое значение, я люблю вспоминать и ностальгировать.
Первый раз в Коломенское я попала со своей подружкой Тамарой. Голову даю на отсечение, что даже те, кто знает меня десять лет и наслушались от меня всякого, про Тамару слышат первый раз.
Наша дружба началась еще в бессознательном возрасте, она с родителями и старшим братом жила на первом этаже в нашем доме. У меня есть фотки где нам по три года, мы позируем с совочками, а рядом стоят наши мамы. Насколько я поняла, наши родители неплохо тогда общались.
Об этой дружбе я мало что помню. Точнее почти ничего.
Помню, как украла у них из квартиры какую-то игрушку, мама мне тогда долго и подробно объясняла, почему этого делать нельзя. Мне кажется, очень многие дети проходят этот этап взросления.
Еще помню, что однажды моя подружка заболела ветрянкой, и мне нельзя было с ней играть. Я тогда очень ей завидовала, мне тоже хотелось, чтобы мама меня раскрасила зеленкой.
На этом, собственно, мои воспоминания заканчиваются, потому что Тома с семьей переехали еще до того, как я пошла в школу. Несколько раз после этого наши мамы водили нас в детский театр, и кажется, мы даже ездили к ним в гости в Южное Бутово, но это было так далеко, что общение довольно быстро заглохло.
А когда мне было двадцать лет, Тома меня отыскала. Собственно, чего там было искать, мы-то никуда не переезжали, и она просто нашла в маминой записной книжке наш телефон.
Не знаю точно, зачем она это сделала, вряд ли это была тоска по дружбе из детства, у нас даже не было каких-то более менее осознанных общих воспоминаний. Склоняюсь к мысли, что ей просто было очень одиноко и она отчаялась найти подруг где-то еще.
В какой-то степени ей повезло. В моем психическом состоянии в тот момент как раз наметился некий просвет, я уже перестала считать себя реинкарнацией темного эльфа из Толкиена, но еще не узнала, что такое готика. Так что была способна более менее воспринимать окружающий мир и нормально общаться.
Мы с Томой несколько раз встретились, я побывала у нее в гостях в Бутово, еще мы, кажется, ходили на балет и на какую-то выставку, в Коломенском вот тоже побывали. Правда неудачно, шел дождь и ничего, кроме домика Петра мы там не посмотрели.
Честно сказать, я не была особо заинтересована в этом общении, и близкими подругами мы не стали. Тома была своеобразным человеком. Неглупая, интересовалась в основном наукой, могла подолгу пересказывать мне статьи из каких-то научных журналов, думала о карьере в этой области. У нее не было типичных женских заморочек и интересов, в этом мы, пожалуй, с ней совпадали. Характер у нее тоже был скорее мужской. Прямая, рациональная, необидчивая. Но Толкиен, хеви-метал и портвейн ее не интересовали. Тем более что у меня уже была лучшая подруга, с которой в огонь и воду.
Выглядела она тоже не совсем обычно. Очень маленькая, худая, с абсолютно плоской фигурой, короткой стрижкой и веснушками она была скорее похожа на мальчика подростка, чем на двадцатилетнюю девушку. Но тем не менее у нее был молодой человек. Звали его Вовчик, и он был тоже умный, читал научные журналы, и был похож одновременно на Томиного папу и на лягушку. У меня он вызывал какую-то подсознательную неприязнь, хотя повода для этого не было никакого. Отношения у них, на мой взгляд, были странные. Было не очень ясно, то ли они пара, то ли просто друзья. Во всяком случае, я никогда не видела, чтобы они держались за руки или целовались. Но Тома говорила, что они встречаются, а в подробности я не вдавалась.
Не могу сказать сейчас точно, сколько мы общались с Томой. Думаю, что год или два. Даже ездили с еще двумя девчонками на три недели в Анапу, о чем можно было бы написать отдельный очень смешной пост.
Но в итоге мы стали все больше и больше отдаляться. Со мной произошел очередной акт самоопределения, на этот раз я самоопределилась как гот. Так что в моей душе осталось очень мало места для чего-то, кроме боли, кладбищ и группы Лакримоза. А Тома была вечно на позитиве, звонила, вливала мне в уши что-то про бозоны Хигса и предлагала сходить в цирк.
Все это стало тяготить меня в какой-то момент, и желания поддерживать эти ни к чему не обязывающие, но и ничего не дающие мне отношения почти сошло на нет.
С какой-то стороны я жалею об этом. Если бы в определенные периоды своей жизни я не была так зациклена на себе и своих странных идеях, у меня было бы сейчас гораздо больше ну может не друзей, но хороших знакомых уж точно.
Но с Томой дело было не только в этом.
Последний раз мы виделись на моем дне рождения, я тогда отмечала его дома, народу было человек шесть, в том числе и Тома со своим мутным Вовчиком. А я тогда встречалась с В., и это был самый разгар страстей и безумия в наших непростых отношениях. И он что-то такое дикое выкинул на том дне рождения, я уже подробностей не помню. Но сначала мы долго его ждали, потом он пришел, подарил мне искусственный член, очень быстро напился до невменяемого состояния, немного поорал и свалил домой.
Гости были весьма подавлены и быстро разошлись.
А потом вечером мне позвонил этот самый Вовчик, под предлогом сообщить, что они с Томой-таки добрались до своего Бутова, и начал со мной общаться по душам.
Про то, что мне не нужен такой молодой человек (ну, положим, тут он был прав), а нужен такой мужчина, как он, Вовчик. По моему лицу якобы видно, что с сексом у меня беда, а вот он бы мог мне помочь. Мы довольно долго с ним разговаривали, потому что оба были не совсем трезвые. И я всячески в этом разговоре пыталась его высмеять и потролить, как теперь говорят. Дошло до того, что Вовчик совсем разошелся, и уже стал предлагать мне секс втроем с ним и с Тамарой.
Надо сказать, я бы не очень удивилась, если бы в итоге выяснилось, что он это не сам выдумал. Все-таки Тамара была странная.
Но на следующее утро Вовчик прислал мне смс, где признавался, что был пьян, дико извинялся за все и выражал надежду, что Тома об этом разговоре не узнает.
После этого я сделала все, чтобы наше общение с Томой прекратилось. Я не перезванивала ей, не звонила сама, все время откладывала и переносила встречи. То есть не подумайте, что она там обрывала телефон, мы и до этого-то нечасто общались.
Где-то через год она позвонила мне сообщить, что у нее была свадьба и они с Вовчиком поженились. Я разумеется рассыпалась в неискренних поздравлениях, мы поболтали ни о чем. Потом как-то вскользь Тома меня спросила, почему я не звоню ей, а я что-то там наплела про то, как сильно занята на работе. На этом наше общение закончилось.
Не знаю, как сложилась ее семейная жизнь и что вообще это было. Может, стоило сказать ей про этот случай с Вовчиком, но думаю, результат был бы тот же самый - мы бы просто перестали общаться.
Сейчас все это кажется таким далеким, нереальным и странным. Правда тогда это казалось еще более далеким, потому что голова у меня была забита совсем другим.

@темы: воспоминания

14:26 

Хочется быть взрослой, адекватной женщиной, но мяу.
Лето в этом году однозначно радует, можно вдоволь позлорадствовать над дачниками и любителями «хорошей погоды». Кроме того, преждевременная осень вдохновляет на воспоминания. Продолжим с того места, на котором закончили. vernaya.diary.ru/p181510487.htm

Где-то за неделю до выпускного 11-го класса у меня случился первый в жизни личностный кризис с полным переосмыслением ценностей. Может показаться странным, но точную его причину я уже сейчас и не вспомню. Возможно, вернувшись к концу лета в Москву из подружкиной деревни я поняла, что свобода и тусовки остались в прошлом и были ….ну, не совсем настоящими, что ли. Настоящим было все то же духовное одиночество, отсутствие понимания у сверстников, которые были безнадежно далеки от магии и сатанизм, и тотальный родительский контроль. Родители к сатанизму были чуть ближе, но только за счет того, что не очень-то его одобряли.

читать дальше

@темы: воспоминания

12:58 

lock Доступ к записи ограничен

Хочется быть взрослой, адекватной женщиной, но мяу.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
17:21 

Хочется быть взрослой, адекватной женщиной, но мяу.
Продолжаю вспоминать свое странное детство по тегу "воспоминания"

Описание следующей остановки на моем духовном пути, как я и обещала, начинается с недолгого увлечения группой Нирвана.
Узнала я о ней все из тех же подшивок журнала «Ровесник» все в той же юношеской библиотеке. Как вы уже, наверное, поняли, в плане доступности информации тогда были совсем другие времена. Это сейчас ты не знаешь, куда деваться от кучи валящихся на тебя ежедневно сведений. А раньше информацию приходилось искать, и то, на поиски чего были потрачены силы и время, производило уже совсем другой эффект.
Ну и лет мне было в два раза меньше, да.
Так что история про еще совсем молодого человека с грустными глазами, измученного наркотиками и своим собственным творчеством, закончившаяся каким-то сомнительным самоубийством, произвела на меня колоссальное впечатление.
читать дальше

@темы: воспоминания

11:47 

Хочется быть взрослой, адекватной женщиной, но мяу.
Продолжаю ностальгировать и вспомниать детство, начало истории вот здесь vernaya.diary.ru/p177054840.htm. А у меня написалось продолжение про сатанизм, мальчика Сережу и группу Агату Кристи

Каким образом без всяких подсказок со стороны и, не имея практически никаких источников информации, кроме районной детской библиотеки, я в 15 лет решила поклоняться сатане – для меня самой до сих пор загадка.
Большую роль, конечно, сыграла книга «Мастер и Маргарита» Булгакова. На мой юный неокрепший ум образ дьявола в романе произвел неизгладимое впечатление. Книгу я по телефону пересказала подружке, и она с радостью согласилась поклоняться дьяволу вместе со мной.
читать дальше

@темы: воспоминания

17:44 

Хочется быть взрослой, адекватной женщиной, но мяу.
Когда я начинаю извлекать из своей памяти воспоминания о каких-то уж совсем древних временах личной истории, то частенько вхожу во вкус и мне очень сложно остановиться. Хочется записать все подробности. А на работе, наоборот, делать ничего не хочется. Поэтому сегодня я начинаю в своем дневнике цикл мемуаров.
И начну я, пожалуй, с самого начала. Со становления личности, так сказать.

Моя сознательная духовная жизнь началась, наверное, лет в 13, одновременно с половым созреванием, как я теперь понимаю. До этого я была, в общем-то, обычным ребенком, мне нравились куклы Барби и книги Кира Булычева про девочку Алису из будущего.
А в 13 лет куклы стали неактуальны, и я увлеклась магией.читать дальше

@темы: воспоминания

17:44 

Alma Mater-2

Хочется быть взрослой, адекватной женщиной, но мяу.
Когда-то я написала пост про свой институт.
Ограничилась я правда первыми тремя годами, пообещав что будет продолжение.
Очень долго вдохновение меня не посещало, первые курсы в институте были все-таки самыми яркими и запоминающимися.
Но чем дольше я живу, тем больше мне хочется вспоминать все подряд, так что сегодня дошла очередь и до института.
Вот на всякий случай первая часть рассказа.

читать дальше


Начиная с четвертого курса две группы, составляющие нашу кафедру, оказались отлученными от общего учебного процесса и от и без того вялой студенческой жизни вообще. Занятия стали проходить возле метро П*** в здании кафедры.
На кафедре было - одна большая аудитория, одна маленькая, совсем маленькая комнатка с шестью компьютерами, коридор, туалет и лоток с пирожками на первом этаже.
К концу учебного дня от скуки хотелось лезть на стену.
Главным плюсом было несомненно то, что от моего дома до кафедры дойти можно было за пятнадцать минут прогулочным шагом.
Правда совершить такую прогулку душевных сил у меня хватало далеко не каждый день. Обычно я просыпалась утром, представляла себе очередной серый унылый день в одних и тех же интерьерах, обещала себе что завтра обязательно, поворачивалась на другой бок и засыпала.
Месяца через два такой жизни однокурсники стали у меня допытываться, куда я устроилась работать и почему я не хожу на занятия. Не могли поверить, что я просто сплю дома по полдня.
На занятия приходило в лучшие дни человек пятнадцать. В худшие - я помню как пару раз сидела в большой аудитории одна, в пальто, потому что там было дико холодно, и ждала когда придет хоть кто-нибудь. Обычно через полчаса после начала занятий приходил преподаватель и спрашивал меня - а где все?
Учебный процесс навевал тоску.
То есть все это наверное было бы смешно, если бы у нас в головах из наших детских извилин не начали формироваться мозги, а в мозгах не зарождался вопрос - что же с нами будет дальше?
Штатных преподавателей кафедра не имела, и занятия вели конструктора и технологи с базового предприятия.
Был например очень милый профессор по радиотехнике. Он мог две пары подряд решать какую-нибудь одну задачу, входил в раж и покрывал всю доску формулами, причем никто уже не понимал, что он вообще пытается рассчитать.
Когда время выходило, он смущенно смотрел на ряды формул, и говорил что мы где-то ошиблись, что в следующий раз мы попробуем снова, и быстренько все стирал.
Был гениальный профессор Гольберг, на его лекциях нельзя было понять вообще ничего, ну то есть абсолютно, такой он был умный. Но на них ходили, потому что периодически у него в голове что-то перемыкало и он начинал рассказывать про йогов, или про Шамбалу, и это было очень интересно.
Были еще какие-то невнятные аспиранты, которые по очереди читали наспех придуманный другими аспирантами курс.
Вообще большинство профильных предметов были плодами коллективных галлюционаций профессоров с кафедры, и их невозможно было не только внятно и систематизированно изложить, но и запомнить названия.
Но в целом все крутилось вокруг антенн.
"Методы измерения антенн", "Основы интеллектуальной собственности антенн", "Конструирование механизмов антенн" мало чем отличались для нас друг от друга.
Самым зажигательным предметом конечно было "конструирование...".
Его придумала и вела как раз НС, та бодрая женщина из первой части моего рассказа, которую все за глаза называли Дыней.
Занятия на своих парах она вела в стиле детского утренника. Бегала с указкой вокруг доски, тыкала в написанные формулы, причем часто несла полную ахинею, могла утверждать что пять на шесть - сорок восемь, доводила сама себя до экстаза, и вдруг, закатив глаза, показывала на кого-нибудь в классе и торжественно обьявляла:
- А вот сейчаснам Ванечка скажет, чему это равняется.
Спорить и обьяснять ей, что ты не Ванечка, а Юля, было бесполезно.
Главным достижением Дыни в деле конструирования антенн была написанная и изданная собственными силами книга.
Книга в основном состояла из картинок с отсканированными чертежами, которые она укралау слесарей с базового предприятия. На картинках разобрать нельзя было практически ничего, потому что во-первых, чертежи для книжки пришлось уменьшить во много раз, а во-вторых мы даже когда хотели, не могли понять что на них нарисовано, потому что никогда этого в живую не видели.
Моя мама, она тоже кстати инженер по образованию, полистала ее и сказала, что эту книгу писал сумасшедший.
Дело шло к зиме, в аудиториях становилось все холоднее, и по утрам мне спалось все лучше.
Однажды самый старенький профессор с кафедры вызвал меня к себе, уточнил, правда ли, что я живу тут рядом и сказал что я теперь буду работать у него.
Вся моя работа заключалась в том, что раз в месяц профессор вызывал меня к себе, просил открыть на компьютере какой-нибудь чертеж, а потом сохранить его на дискету. Ему было лет семьдесят и сам он сохранять на дискету не умел.
За это мне в месяц платили сумму, эквивалентную стоимости пары не очень дорогих туфель. Я была довольна, но все время боялась, что вот-вот начнется настоящая работа, с которой я вряд ли справлюсь, потому что тогда я как и профессор, мало что умела, кроме дискет.
Так прошел четвертый курс, а на пятом старенький профессор, опять же не спрашивая моего согласия, отвел меня на базовой предприятие, при котором была кафедра, где для меня уже было готово рабочее место. Внезапно я оказалась молодым и ценным сотрудником на полставки.
Насчет института можно было вообще не париться, получалось что все преподаватели теперь мои коллеги, и к ним можно было просто подойти с зачеткой. Справедливости ради надо сказать, что я была не одна такая, у нас половина группы поустраивалась работать на базовое предприятие, чтобы учиться было полегче.
После защиты диплома правда все поувольнялись, а я вот осталась. До сих пор здесь.
Про защиту диплома ничего вменяемого сказать не могу, кроме того что полгода я находилась в восхитительной прострации. Все было так чудесно организовано, что занятия в институте заканчивались, после чего полгода давалось еще на написание диплома.
Разумеется, писать я его начала где-то за месяц до защиты. За этот месяц я натырила каких-то картинок на работе, понадергала к ним текста из предыдущих дипломных работ, расчитала с помощью одной бабушки с работы скорость ветра, при которой моя антенна наебнется и похудела от волнения до 40-го размера.
В приемной комисси никто ничего не понял, и доложив про скорость ветра я получила свое "отл" и стала дипломированным инженером.
И вот с тех самых пор я ничему учиться просто панически не хочу.
The end.

@темы: воспоминания

Дождик идет, Магвай едет. Все движется.

главная